Эх, грустно мне.
Эх, грустно мне. И завидно немного.
Эх, грустно мне. И завидно немного.
Остапа, конечно, несёт, но вы сами на это подписались и сами себе Жоржи Дандены. Даже не в том дело, что повсюду мемориальные доски. В Питере их тоже завались. Но подход венгров к этому делу...
Не могу остановиться.
Коварные зелёные башенки на крыше можно обнаружить только либо сильно издали, либо с верхних этажей соседних домов. Как только к дому приближаешься, они прячутся. Придется вернуться в четыре в огуречный ресторан. Вот, скажут, этой...
Мылилась в ресторан на крыше роскошного отеля, откуда какой надо вид, меня вежливо тормознули внизу. Решила было, не пускают голодранцев, но оказалось – с четырех работают. Тут я увидела воду для постояльцев, одна с...
Вот теперь у меня появилась мечта. Чтобы наши петербургские дворы превратились когда-нибудь в такие же оазисы.
Чрезвычайно живое место. Кого тут только нет.
Нигде больше не видела такого количества качественных памятников и городской скульптуры. Неформальные, запоминающиеся, в удачных местах, если памятники реальным людям, то с портретным сходством, но не скучные. Вот иду, смотрю – какой-то грустный мужик...
Вход в парадную зажат двумя крошечными едальнями – турецкой и марокканской. Поэтому у нас все время весело.
В целом венгры овакцинились, благо что правительство закупило все вакцины, до каких только дотянулось: от пфайзера до спутника. С масками поэтому расслабились, их практически никто не носит. Ну разве что в качестве аксессуара.