Смотри, говорю подруге, посылая незнакомое стихотворение Бородицкой, – какое чудесное.

Смотри, говорю подруге, посылая незнакомое стихотворение Бородицкой, – какое чудесное.
Да, – отвечает она помолчав. – И мне никогда не нравился Болконский.
А мне, кстати, нравился. Только я не понимала, зачем ему жена.

…Снова вьюга ангелом подраненным
Над Москвой со стоном пролетит.
Свет Наташа! Уезжай с Курагиным,
Все равно Болконский не простит.

А простит – вы будете обвенчаны,
И тебя в именье заберут,
Где без света засыхают женщины,
Как в иных домах растенья мрут.

С этим же светло, как на пожарище,
Этот до добра не доведет,
Не одна княжна еще позарится
На его нетерпеливый рот.

Но сегодня – твой он, всем кипением
Юности, и жажды, и пурги…
Пропадать – так с музыкой и пением.
Все готово, дурочка. Беги!