Его многие мои друзья недолюбливают, имеют право, но я все равно хорошо отношусь.

Его многие мои друзья недолюбливают, имеют право, но я все равно хорошо отношусь. По разным причинам. И за это тоже:

Простонародный русский Бог
с простонародным русским чертом
сплетались в схватке, как в клубок, –
никто не оказался мертвым.

Простонародный русский Бог,
люблю Тебя за сердобольность,
за то, что все-таки сберег
недорастоптанную вольность.

Простонародный русский черт,
пьянчуга, лодырь, хам, фашистик,
завистник всех наперечет,
всех иностранцев ненавистник.

Нейди на кровь и на поджог,
не спутывайся в деле черном,
простонародный русский Бог,
с простонародным русским чертом!

Однажды, кстати, вдруг дошло, что этот “простонародный русский черт” Евтушенко – реминисценция из Зоргенфрея. Которого я люблю цитировать у исчезнувшего Спаса на Сенной: “Там, к самой паперти оттерт волной космического духа, простонародный русский черт скулит, почесывая ухо”. Вряд ли просто совпадение. А “русский Бог” тогда, неуверенно предположу, Христос из блоковского “Двенадцать”, что ли. Блок и Зоргенфрей тесно дружили, почему бы нет.
Но комбинация Евтушенко удачная оказалась, в любом случае.