Я вот одного не понимаю.

Я вот одного не понимаю. Все эти прекрасные люди, из прекрасного же далека причитающие о том, что в отечестве осталось одно говно, и они должны теперь нести тяжкий крест моральной безупречности. Что же у них так плохо было с друзьями. Плохо и мизерно. Не могли же всех их приятели, единомышленники, родные люди уехать. Получается, оставшиеся – тоже говно. Недоумевающе озираюсь по сторонам, по-тарантиновски разводя руками: а почему у меня тогда вокруг люди один другого круче? Нет, с канистрами бензина не бегают и даже прокуратура ими не интересуется особо, пока по крайней мере. Но умные, честные, порядочные и смелые. Хотя горестно машут рукой, если им на это намекнуть. Буквально – ни одного мудака не оказалось. И слава богу, что пересобрались после первых месяцев катастрофы, нашли силы жить сами и помогать в этом другим. Часть это читает сейчас. А часть – самые обычные сограждане, с которыми пересекаюсь на несколько часов, пока трусим по городу, или где-нибудь вообще торопливо за кофе, решая какой-нибудь вопрос по делу. Даже больше скажу – за последние два года их таких появилось больше вокруг. К умным себя не причисляю, кишка тонка, но поговорку эту люблю: дурак ищет врага, а умный союзников.