“С нами в камере находилась балерина Большого театра Кудрявцева.

“С нами в камере находилась балерина Большого театра Кудрявцева. По чьему-то доносу ее обвиняли в намерении убить Сталина из оружия, которым она пользовалась на сцене. Многие догадывались об абсурдности клеветы – оружие было бутафорским”.

Причем про Кудрявцеву ни в одной биографии не видела, что и ее наши славные органы успели притянуть. Только так, в воспоминаниях сидельцев.

“Многие догадывались”. А многие нет. В этой же камере сидела одна из жен Куйбышева. Так вот во время ее ареста дочь отказалась выйти из комнаты с ней проститься. И мать оправдывала дочь: “Я ведь сама воспитывала ее в слепой вере в обоснованность арестов. Если наши органы кого-то берут, то наверняка есть основания”.

Так что если органы взяли балерину, то есть же основания? Ну может же бутафорский пистолет стрелять? Нет? А вдруг? Бедные, несчастные, слепые дураки.