Отошла от этих.

Отошла от этих. Стояла парочка лет восемнадцати с такими хорошими лицами – малчик с девочкой.
– А вы были в Тель Авиве? – спрашиваю.
– Нет, – кивают.
– А хотели бы?
– Нет.
– А я из Тель Авива, – говорю, вряд ли бы они знали, где Хайфа, а Тель Авив, не так далеко от Хайфы, – а вы знаете, что нас в Израиле все эти два месяца все время бомбят? Вчера, позавчера, позапозавчера? Много-много раз на дню. И не у всех у нас есть бомбоубежище. Что это очень страшно, когда бомбят? – в этом месте они немножко погрустнели, – а знаете, говорю, что на этом фестивале Нова, у меня убили девять друзей, – плохо врать, я знаю, что не у меня лично убили но у моего друга К убили десять друзей, а у моей подруги Л убили двух подруг, а у дочери моей знакомой – она была на фестивале их было пятеро – их вернулось трое – из них двое раненных, поэтому я им говорю – а у меня убило девять друзей на фестивале, – а еще у нас все время похороны в городе, и еще не всех опознали после резни 7 октября, и еще не все заложники в Израиле вернулись, а Хамас хочет нас всех убить, а я не хочу умирать, и мне очень жалко жителей сектора Газа, они тоже страдают от Хамаса, и они должны быть свободны от Хамаса, но вы в Лондоне сейчас выходите за то, чтобы нас всех в Израиле убили и это очень грустно. Мне очень жаль, если я вас расстроила, а Бибиси вам врет, – эти дети что-то как-то даже плакаты опустили и лица у них были растерянные. Я думаю, что они все равно пошли потом, но им на мгновение было как-то не очень.
Потом я еще парочке человек несколько подпортила настроение, рассказав, что я из Тель Авива.
Одна дама, предлагавшая дать мне газету, спросила:
– И как оно там? – с интересом выслушала подробности, задавала вопросы. Она тоже была не в курсе, что нас бомбят. И про заложников была не в курсе. Хотя, казалось бы, вот тебе интернет. Открой и посмотри.

В какой-то момент подошла небольшая кучка людей с полотном, на котором звезда Давида. С надписью – сионисты Лондона за свободную Палестину. Катя мне позже сказала – денег заплатили, смастерили плакат, людей подогнали и, пожалуйста, не вопрос.
А потом вся эта толпа пошла мимо, громко выкрикивая свои обычная кричалки.
В общем-то кричалки эти на всех митингах одинаковые, подставляй только другие слова – что мы хотим – вот это, когда мы хотим – сейчас! – Прошли в толпе, проорались, и разошлись по барам, пить свое пиво, страшно довольные друг другом. Свежим воздухом подышали, десять тысяч прошли, друг с другом пообщались.
Очень интересно, вся эта толпа точно также бездумно пойдет голосовать за очередного безумного политика, который объяснит им как надо правильно?
Мне очень не хватало израильского флага. Очень хотелось стоять где-нибудь сбоку, махать флажком и кричать радостно, улыбаясь – ам исраэль хай!
Свернула в проулок, ушла в сторону Ливерпуль стрит. И тут уже шумная толпа по своим делам. Кафешки, маленькие магазинчики, цветочные лавки, дети бегают, люди за столиками общаются, газеты читают.
Обычная, правильная нормальная жизнь.
Сделала кружочек, на Бриклейне уже закрасили огромную надпись про геноцид бедного палестинского народа. Нарисовали на этом месте красивый портрет. И палестинский флаг сняли.