В книжке прочтешь: “тридцать лет назад” – и кажется, что это сравнимо с вечностью.

В книжке прочтешь: “тридцать лет назад” – и кажется, что это сравнимо с вечностью. Во всяком случае, произошло черт знает когда. А тридцать в измерении собственной жизни – да ой, вчера же было. Так что почти вчера мы услышали из тогда еще не превратившегося в монстра телевизора о захвате заложников в больнице небольшого южнороссийского Буденновска боевиками Басаева – имя гремело, им можно было пугать непослушных карапузов. В 90-е, однако, все были заняты выживанием, зарабатыванием, маленькими детьми, за происходившим где-то на окраине России внимательно следили немногие. Знали только точно, что заложников очень много, полторы тысячи, среди них беременные женщины и дети. Ахали, конечно, ужасались. Потом наши доблестные силовики пошли на штурм, что-то вроде как-то неудачно, кто-то погиб, но заложников в результате отпустили, а террористы уехали.

Так вот в этой истории есть важная деталь. Штурм действительно прошел неудачно, возможно был плохо рассчитан. Погибло тридцать заложников, очень многие были ранены. Переговорами занялись находившиеся в Буденновске правозащитники. Они смогли добиться, чтобы Басаев вышел на связь с премьер-министром Черномырдиным. И уже по результатам этого разговора Басаев согласился оставить больницу. Но для своего отхода потребовал “живой щит”. Набор в него происходил добровольно. Люди прекрасно понимали, чем рискуют, находясь между беспощадными боевиками и нашими силовиками, тоже не большими гуманистами. На тот момент среди погибших уже числилось около ста гражданских. Тем не менее группа была набрана. В ее состав вошли все те же правозащитники. Среди них мемориалец Олег Орлов. Террористы, прикрываясь живым щитом, ушли. Полторы тысячи заложников были освобождены.

Сегодня против Олега Орлова возбудили уголовное дело. За дискредитацию вооруженных сил РФ.

Видимо, тогда, в 95-м, и дискредитировал.