Года три назад записывалась в одной передачке.

Года три назад записывалась в одной передачке. Вскоре соратники выложили предварительно смонтированную, ну так, только участникам глянуть. А я трушу всегда ужасно на такое смотреть, сразу начинаю страдать, что тут вот мычу, там экаю, а здесь перепутала “классический” с “классицистическим”. Но в этот раз до лингвистических тонкостей не дошло, потому что на первых же кадрах выяснилось, что трикотажная футболка изобретена дьяволом, а пирожными, которыми я все лето беспечно украшала свои будни, вымощена дорога в ад. В общем, надкушенный скромный бутерброд с сыром выпал изо рта. Все, впредь только отварной хек, кефир и добродетельные палочки сельдерея.

Утром, пока я собиралась с духом, чтобы вылезти из-под одеяла (однако оставлять на ночь окно приоткрытым уже не стоило), в дверь засунул голову муж и глумливо хихикнул:

– Телезвезда, телезвезда! Бебебе!

Я швырнула в него подушку и буркнула:

– Передача еще не вышла, поэтому никакая не телезвезда.

Думал он недолго.

– Втелезвезда! Втелезвезда!

Вылетела из-под одеяла пулей. Догнать, правда, не смогла.