Прокачивание сербского посредством сериалов, преимущественно криминальных, привело к интересным результатам.

Прокачивание сербского посредством сериалов, преимущественно криминальных, привело к интересным результатам. Вот если есть выражение “потУрчен човек” – отуречился, мол, чувак (тут это большой грех), то я заметно побалканилась. И едва где-нибудь в кафане заслышу довольно специфическую местную музыку, начинаю подпевать, притоптывать и трясти руками на манер Дадана из “Черной кошки” (великолепный актер, кстати, невероятно разноплановый, как выяснилось). К большой, понятно, радости официантов. Впрочем, они ко мне попривыкли. В отличие от простецкого парня, который на днях въехал в бок нашей таратайки, поскольку, как правый црнагорац, трындел по мобильному. Мы повыскакивали из машин, и во время обсуждения происшествия он был совершенно поражен, когда приличная, в годах, русская женщина, завершая разговор, внушительно заявила: “Само без заебаванья!” Помалкивающий рядом по причине безъязычия муж только судорожно вздохнул, поскольку знает, что я, как своего рода Маугли, воспитанный сербскими кино-криминальцами, еще могу заорать: “Пуцай! Пуцай!” (стреляй то есть) и “Спусти пушку!” (опусти оружие), и давно мечтаю пристроить где-нибудь в разговоре энергичное “Еди гОвна!” – но повод все никак не подворачивается.
Так что, когда на обратном пути я включила любимую литературоведческую передачу и какой-то белградский профессор стал рассказывать про Брэма Стокера, был совершенно счастлив и даже с облегчением повторял некоторые знакомые сербские слова, например “эволюция” и “Дракула”.