Дружбаны мои.
Дружбаны мои. Кубинский фикус Энди Гарсиа, абиссинская кошка Тильда и петербургский оптимист Толик.
Толика мне подарила великий человек Катя Евченко, волонтер и пароход, о которой когда-нибудь будут слагать саги. Я Толика везде вожу с собой, и надо видеть лица таможенников, когда они встречаются взглядом с петербургским оптимистом. “Это вы еще наших пессимистов не видели!” – гордо заметила я однажды, и казенный человек пробормотал: “Могу себе представить…”
Друзей не покупают, но фикус я действительно купила у старушки с улицы Полярников, углядев его на Авито. Что он именно кубинец, рассказала сама владелица. Которая в 90-е каким-то макаром оказалась на Кубе, и поскольку была тогда не старушка, а роскошная женщина в вареных джинсах и блондинистых вавилонах на голове, то успела закрутить любовь с неким пламенным сторонником мировой революции. И улетая на родину, которая мировую революцию уже видала в гробу, на память отщипнула веточку от уличного растения.
Чтоб ты лопнул, куцый телегра…
Толика мне подарила великий человек Катя Евченко, волонтер и пароход, о которой когда-нибудь будут слагать саги. Я Толика везде вожу с собой, и надо видеть лица таможенников, когда они встречаются взглядом с петербургским оптимистом. “Это вы еще наших пессимистов не видели!” – гордо заметила я однажды, и казенный человек пробормотал: “Могу себе представить…”
Друзей не покупают, но фикус я действительно купила у старушки с улицы Полярников, углядев его на Авито. Что он именно кубинец, рассказала сама владелица. Которая в 90-е каким-то макаром оказалась на Кубе, и поскольку была тогда не старушка, а роскошная женщина в вареных джинсах и блондинистых вавилонах на голове, то успела закрутить любовь с неким пламенным сторонником мировой революции. И улетая на родину, которая мировую революцию уже видала в гробу, на память отщипнула веточку от уличного растения.
Чтоб ты лопнул, куцый телегра…
