Здесь безумное количество всевозможной птичьей мелюзги

Здесь безумное количество всевозможной птичьей мелюзги, я буду по ней скучать в нашем городе быковатых ворон и помоечных голубей. Особенно почему-то много ласточек. Кстати, спросила их местное название у носатого работяги в зеленом комбинезоне, который вместе со мной смотрел, задрав башку, на гнездо под навесом в “Славянской плазе”. Оказалось, ласты. Владелец гнезда, не обращая на нас внимания, хлопотливо клеил слюной свое палаццо из говна и палок. Вот что, оказывается, на самом деле означает “склеить ласты”, а вовсе не то что мы думали. Носясь взад-вперед со строительным мусором, он еще умудрялся, не замолкая, пронзительно болтать. Наконец уморился и сел на провод, продолжая удерживать соломинку. Граф Хвостов написал бы “в зубах”, но мне до него далеко. Залетный бездельник воробей, обычный, как и во всем мире, нахальный пачкуля пестренький, что-то развязно чирикнул. Видимо, нахамил. И тут началось. Ласт выплюнул соломинку и возмущенно орал не переставая минут десять. Воробей не мог вставить ни слова. Мы с работягой в восторге переглянулись. Спохватившись, он полез за телефоном, бормоча про видео для “сина”. Но как только навел его на скандал, ласт мгновенно заткнулся и принялся с достоинством интеллигентно перебирать перышки на груди. В результате разочарованы оказались оба. Обычная драма фотографа и модели. Один хочет естественности, а второй, чтобы ему сделали красиво.