К Кустурице я, в свете новых о нем знаний, охладела

К Кустурице я, в свете новых о нем знаний, охладела, как, наверное, многие. Ну и “Черная кошка, белый кот” замылился, конечно, сколько можно пересматривать. К тому же оказалось, что на просторах бывшей Югославии есть режиссеры не хуже, просто не такие раскрученные. Но “Время цыган” остался вне моего разочарования, ничего не могу с собой поделать – это великий фильм, лучшее что он снял, и вообще мировой шедевр. Настолько мощный, что сейчас собираюсь с силами, чтобы пересмотреть. Полезла на местные ресурсы почитать про него и узнала, что цыганка Любица Аджович, сыгравшая бабушку (она же энергичная бабка из “Черного кота”) – жила в моем нынешнем городке, и нашел ее Кустурица на пляже, где она гадала на картах желающим. А парня, сыгравшего главную роль, – где-то в придорожном боснийском кафе.
Этот сокрушительный трагичный фильм словно провел по ним когтями, определив дальнейшую судьбу.
Любица запросила убежище во Франции, потому что в Черногории на нее наехала мафия, сожгли дом, что-то такое. Через годы вернулась и вскоре умерла.
А Давор Дуймович, балканский Дастин Хоффман, после “Времени цыган” снявшись еще в паре фильмов, сел на героин, безуспешно пытался слезть и в конце концов, после долгой депрессии, повесился.
Оригинальное название сделавшего его знаменитостью фильма – “Dom za vešanje”.