Раз в несколько лет натыкаюсь на сцену у вешалки.
Раз в несколько лет натыкаюсь на сцену у вешалки.
Сначала у Шварца, который рассказывал, как поэт Симеон Полоцкий, “в те дни молодой и смелый”, носил свои стихи к Сологубу, казавшемуся им тогда почти привидением. Полоцкий зашел к квартиру и представился: “Симеон Полоцкий”. Старик оглядел его и отвечал сурово: “Не похож”. К стихам молодого дарования отнесся так же. Однако в прихожей подал мальчишке пальто. Полоцкий от конфуза воспротивился. Сологуб топнул ногой и крикнул свирепо: “Это не лакейство, это вежливость!”
У академика Павлова в такой же ситуации законфузился студент, а Павлов сказал: “Поверьте, милостивый государь, у меня нет никаких причин к вам подольщаться”. Упоительная совершенно фраза.
Что Сологуб, что Павлов отнюдь не из графьев, кстати. Среда обучала вежливости. Это было естественно, и потому бесценно.
Потом нашлось у Семена Липкина о Мандельштаме: “Он разрешил позвонить, подал мне, мальчишке, плащ, и когда я, раздавленный, пытался этому воспротивиться, сказал: «Есть английская поговорка: “В борьбе человека с пальто стань на сторону человека”». До сих пор не знаю, действительно ли есть такая английская поговорка”.
Думала уже, все, не встречу подобного. Но нет. В жизни всегда есть место вежливости, даже если она выглядит старомодно.
Читала сейчас интервью с Олегом Будницким, и Олег Витальевич, прекрасный, рассказывал в том числе о Борисе Самуиловиче Итенберге, специалисте по движению народовольчества (ну, в том числе).
…Было чрезвычайно интересно и, что меня поразило, когда я уходил, Борис Самуилович мне подал пальто.
Это, в принципе, обычная норма вежливости, нами давно забытая. Подают верхнюю одежду не только дамам, но и вашим гостям, когда они выходят, независимо от пола, но как-то мы к этому не приучены были, да и не приучены сейчас. Это меня поразило.
Господи, кому бы подать пальто. Ну, какая-то преемственность же должна быть. Правда, учитывая мой рост, придется пригласить гномов. И да, обязательно величественно сказать гному: “Поверьте, милостивый государь, у меня нет никаких причин к вам подольщаться”, обязательно.
