Пока я вчера водила по…
Пока я вчера водила по нашим промозглым подворотням прекрасного рассудительного москвича, Митька уже дочитал «Географа», заскучал и стал бомбардировать меня веселыми эсэмэсками.
Цидульки эти несколько выбивали из колеи. Мешали сосредоточиться на высоких материях. Излагаю, например, о сборищах акмеистов в квартире Делоне-Нарышкиной, и тут пискнувший телефон сообщает: «Сосед видел ночью в туалете крысу».
Только я соберусь с мыслями, как явно входящий во вкус суровой мужской жизни сын пишет: «Лежу с мужиками на нарах, кроватями не назвать. Серега показывает наколки. Материмся». И осознав, что звучит как-то не очень, добавляет: «Ем агушу».
Потом его посетила муза, и о том, что начали делать инъекции, стало ясно из сообщения: «Первый выстрел в зад – ему не каждый рад».
Вообще он явно поймал кайф от наблюдения за бытом и нравами – гены не пропьешь. Несколько омрачал жизнь горшок номер шестнадцать. В лаборатории ждали кал на анализ. Но Митька, ничего не евший в течение трех дней, манкировал своими обязанностями больного. И не только он, но и татуированные компаньоны. Видимо, психологический барьер давал о себе знать. Брутальные мужики не могли заставить себя обосноваться на горшке.
Утром приходили «бабульки», по Митиному выражению, и возмущенно требовали какашек. Но баночки по-прежнему сверкали девственной чистотой. Пациенты, кишечники которых затаились на стыдливом больном рационе, порадовать их не могли. Ни бабулек, ни баночки. Тетки ругались и грозили выписать ослушников из больницы. Мужики вяло отбрехивались. Один только раз после их ухода Серега вознегодовал: «Мы для них не люди, а машины для производства говна!»
Кстати, Серега, на которого после Митькиных рассказов я с любопытством воззрилась при визите, оказался чрезвычайно куртуазным. Он с такой изысканной вежливостью меня поприветствовал, что мне стало стыдно за свое примитивное «здрасьте».
Людям нервным и склонным к бомбометанию под кат для осмотра больничных видов лучше не ходить.
Я запуталась, на самом деле, которые из корпусов заброшены, а которые населены пациентами.
Тюремная больница за забором. Там много собак. Они лают.
Наш корпус.
Сортир, великий и ужасный. Унитаз с горшками напоминает Али-бабу и сорок разбойников. Я очень гуманна, поэтому портрет Али-бабы вам не покажу.
Господа больные, к сожалению, ленятся тщательно мыть горшки, поэтому в горнице слегка пованивает. А в общем чисто.
Говорят, следующая Олимпиада будет в Питере. Разве не радостно это сознавать?
Совершенно прекрасно! Причем все – и смски, и горшки, а агуша просто умиляет:)
Да да, Олимпиада… Покажем все наши достояния и достижения не скромничая.
Митька пусть поправляется.
Боткинская больница, точнее вся ее территория, бесспорно впечатляющее место.
Но врачи, во всяком случае наш, – прекрасные.
Да, согласна.
(искренне соchувствуя и восхищаюсь тем, как Вы сохраняете чувство юмора)))
Философский вопрос – а почему на фоне всего этого российскую либеральную оппозицию вообще хоть что-то другое волнует – от Навального до арабо-израильского конфликта, обамакера и проблем религиозных судов в Израиле?
Ребенку – удачи и выздровления,!!!
Узкий специалист потому что подобен флюсу.
+1 по всем пунктам.
Жуть какая! Бедный Митя! Была как-то в Боткинской больнице – впечатление сильное, потом везде мерещился запах мочи.
Не, по крайней мере у него в отделении не пахнет ничем, кроме тушеной капусты. Сама удивилась, поскольку тяжелые запахи болящего народа – явление частое.
О! Ещё тушеной капустой!
Ну так классика же 🙂
“Больным велено габерсуп давать, а у меня по всем коридорам несёт такая капуста, что береги только нос”.
про агушу это пять))
ой, посмотрела фотки. как-то могли бы культурную столицу офинансировать посерьезней
Ну вот строят новое здание, говорят.
в горнице слегка пованивает!
Но только слегка! Нюхивали в больницах и пострашнее.
Тань, ну признайся, что вы по блату туда попали, а?!
Лучший коммент.
Очень страшно все это читать. Хотя врачи хорошие, понимаю.
Катя, это даже не страх, а, скорее, оторопь “из-за рубежа”
я понимаю, что “отстал” за свои годы вне России, но мне все равно непонятно – это что, нет денег в Питере в такой больнице на унитаз и на содержание туалета в надлежащем для любой средней больницы виде? Чего пенять на Путина, он не дает денег каждой больнице. Начинать надо каждому с себя, со своего туалета, как учил профессор Преображенский. Это ж как надо воровать, чтобы не хватало даже на унитаз и банку краски, покрасить трубы (я уже молчу об их сделать “как надо” или хотя бы прибить к стене)?
Ну, а про дорогу
к храмув больницу я лучше просто помолчу.Экий привереда. Может, это у нас дизайн такой. Постмодерн.
Вот вы не в контексте. Путин плох не тем, сколько и у кого он ворует.
А тем, что он делает так, что не воровать и делать унитаз становится невозможным. Потому что надо разрешения, согласования, и так далее, далее, далее.
Кроме того, вы ж поймите: если у врачей просто физически нет лекарств, и денег на них тоже нет, и даже разрешения на ввоз, когда деньги вдруг есть, получить все равно нельзя – за что они будут хвататься первоочередным образом? Вот не за унитаз, честно.
Про дорогу тут и говорить нечего: все дороги в России принадлежат Путину, потому что это бесконечный источник краж и откатов, про нее даже и говорить не надо, это правда.
Сегодня моя дочь мне рассказывала, как устроено в школах. Например, теперь у каждого учителя по каждому классу должно быть три журнала: электронный, бумажный, и внутренней отчетности. А если их нет – то это повод не просто уволить учителя, а завести на него уголовное дело.
В школе моей дочери к этим прекрасным активностям подключают детей и выпускников (моя уже выпускник, но вот недавно ездила на несколько дней в Москву из своей Сорбонны – так тоже немного поволонтирила на бумажных копях), у нее была оч хорошая школа.
Но вот те люди, та чиновная шушера, которой теперь типа 40% от работающего населения, которая эти три дневника придумала – она что кушать будет, если дать людям работать?
Таня – она ангел, натурально. И во всем ищет интересное.
А на самом деле это ведь правда ад. И не в политике тут вовсе дело, и даже не в гражданских свободах, о которых переживает радио Дождь или там Радонеж…
Просто уже давно перейдена черта, за которой вообще непонятно, как выживать.
И это по-нстоящему страшно.
“он делает так, что не воровать и делать унитаз становится невозможным” – да, Катя! Именно это я и пытаюсь всегда объяснить, когда заходит разговор на тему: “при чем тут Путин?”
Удивительно, что это требует пояснений, неужели люди настолько глухи и слепы.
“во всем ищет интересное” – да не то что ищу, Катя. Это просто психологическая защита. Ну невозможно будет жить, если не смотреть на все это через призму юмора.
Ну, мы с тобой на эти темы примерно год назад говорили.
И ты как-то умудрялась сохранять оптимизм. Я без сарказма, я с большим уважением, честно.
Просто я вот больше совсем не могу: у меня тревога зашкаливает.
Сейчас вот папа в Москве болеет – и я вообще не понимаю, куда его, к кому…
При всех связях и знакомствах – вот совершенно не к кому.
А мысль, что вот в такую больницу, даже к самому лучшему врачу, мне придется класть ребенка, просто разрывает мой мозг, заранее.
И да, я правда считаю, что ты ангел. И делаешь большую важную работу, чтобы люди хоть что-то слышали и хоть о чем-то думали.
А люди не понимают, да.
Внутри – от ужаса.
Снаружи – от невозможности себе представить, что в нефтяной поилке может быть ТАК.
Я вчера объясняла французам идею, почему нельзя ввозить импортные лекарства, а надо непременно народ убивать местной фармой. Не смогла: не понимают. Думают, что это шарж, а я просто оч протестная… Ну, то есть, нормальный человек поверить не может, что все устроено так. 🙁
Держитесь там, короче.
Сил вам. И удачи.
Танечка, ну вот был бы я зав этим отделением, я б самолично за свои купил новый унитаз и его привернул. Посадят меня за это?
Или вот те ссылки, что ты дала на углича – посты с фотографиями из больниц. Меня, честно говоря, не туалеты с унитазами поразили. Меня поразила 23 горбольница Е-бурга – фото, где подоконник завален окурками и грязью. Я одно время (старая еврейская история с выездом, кгб, потерей работы и пр.) санитаром работал в городском тубдиспансере в Св-ке – мыл полы и не только в туберкулезном отделении. Я не понимаю как можно допустить вот тот подоконник. Его тоже путин запрещает мыть и делает невозможным убирать грязь? Я мыл и убирал – окурки, харкотину туберкулезных братков и все остальное. Почему в 80-х это мыли, а теперь нет?!
Да нет уже потому что санитаров. Санитарские ставки делят медсестры, потому что на их зарплаты выжить физически невозможно. Ну, то есть впридачу к своим обязанностям они иногда – иногда! – успевают делать что-то еще и санитарское.
“давно перейдена черта, за которой вообще непонятно, как выживать.” Поэтому я давно сказал – надо всем уехать. Встать и уехать. И оставить путиных с их блядвой, прихлебателями и теми, кто прямо в камеру избирательного участка пачками кидал в урны стопки бюллетеней – пусть живут и работают по своим трем дневникам.
А Таня она даже не ангел. Временами мне даже кажется, что она выдумана, такое не может быть реальностью. Если б лично не знал, что она в Сент Луисе была.
P.S. Со мной можно на “ты”.
Все, к сожалению, уехать не могут. Старики останутся. Люди гуманитарных профессий… Да мало ли кто еще.
Таня вот: вернулась из С-Л и С-Пб. Доктор этот…
Но оставить там путиных одних – это оч классная идея, мне она тоже оч нравится.
Не могут уехать все.
А если бы и было – то куда?
Вот есть же настоящий врач и никуда не уехал.
И оттого, что он есть, многим становится и светлее и теплее.
И надежнее.
И есть человек, который написал о нём.
И тоже стало на душе светлее.
Хорошо там, где нас нет.
А народ, да.
Испохабился.
Ну, почти. По ДМС.
Митьке – скорейшего выздоровления. Хотя лучше б он вовсе тут был. Ну, или хотя бы в вашем Сент Луисе.
Боткинская в этом виде доживает последние месяцы.
На неё уже тупо махнули – она пойдёт под снос, построят новые жилые кварталы.
Хорошо, если месяцы. Мне сказали, что пару лет еще.
Оооо, я там как-то бывала. Не пациенткой – скорбного приятеля навещала. 7 ,что ли, лет назад. А, глядя на фотографии, можно подумать, что позавчера.
Экзотика. Иностранцев туда водить, как на сафари.
Кстати, вариант.
Или реалити-шоу снять “Выжить в больнице”
афигеть! у них таки есть унитаз! и бачок! потрясающе.
вот это вот желтое здание на первом фото – гепатитный приют был в годы моей юности. оттуда я и вынесла сакральное знание про горшки и чаши.
Ностальжи? 🙂
анти.
Надо же, такой же ад, как и 10 лет назад, когда я там лежала. Мой тогдашний муж, наведавшийся в качестве посетителя, долго выходил из состояния шока, после того, как увидел палату.
Боже праведный! Мите поскорее поправиться и чтоб никогда больше
Да уже на поправку идет.
Развлекается.