В Питере-то я ни в ЧГК, ни в “60 секунд” не играю
В Питере-то я ни в ЧГК, ни в “60 секунд” не играю, поскольку и без того целыми днями отвечаю на вопросы самого разного характера, от классического “а правда ли, что Петра I подменили в Европе” до изумившего даже привычную меня “благодарны ли петербуржцы Владимиру Владимировичу Путину”. Так что вечером мне их задавать – тухлый номер, я только осоловело повожу очами и бессознательно нащупываю кляп, которым можно заткнуть любознательного вопрошателя. А в Будве играть милое дело, хотя игрок из меня аховый. Как выяснилось, мало знать, надо еще уметь шевелить извилинами хитрым образом и через раз губы Никанора Ивановича приставлять к носу Ивана Кузьмича, чтобы получился, к примеру, Арнольд Шварценеггер. Поначалу меня это жутко бесило, а сейчас даже начала получать удовольствие. Главное, как в том неприличном анекдоте, расслабиться. Играю все равно плохенько, а очень интересно потом анализировать пути, которыми пришел верный ответ. Ассоциации, конечно, удивительная штука. Например, звучит вопрос. Что-то там про японцев. В качестве подсказки – гобелен Байё. Перед глазами четко встает картинка – вот он, гобелен, вот они, средневековые норманны с англичанами, кто-то тут зацелован, там кого-то побили, и я выпаливаю: “Комикс!”
И действительно, таки оказался комикс, но дело не в этом. Только по дороге домой поняла, что увидела не гобелен Байё, а иллюстрации датской художницы Дорте Карребак к “Гамлету”, из-за которых в Питере несколько лет назад Милонов устроил анекдотический скандалище, зорко углядев на них разврат и насилие. Иллюстрации, к слову, отличные, и действительно, за идею взят гобелен. Очень жалею, что книжку тогда не купила. Но в какой момент в моей башке одно подменилось другим, и почему вместо битвы у Гастингса я увидела голого Клавдия верхом на Гертруде, остается загадкой. Во всяком случае, Милонову с меня причитается, если бы не его тараканы, про гобелен я бы вряд ли вспомнила.
(Для пропустивших историю с иллюстрациями – пример в комментах.)
