Странно, вроде не синефил, а этот фильм не идет из головы.

Странно, вроде не синефил, а этот фильм не идет из головы. Забуду было, и вдруг опять что-то флэшбеком возвращается. Я про “Турне”, да. Чаще тот момент, когда глава бошняков, медленно поигрывая ножом, со смесью тоски и гадливости говорит испуганным, съежившимся столичным актерам: “Знаете ли вы, как мы вас любили”.

Ножа не надо, но иногда хочется сказать в лицо кому-то из былых кумиров: “А знаете, как мы вас любили”.

Конечно, это большей частью глубокие старики, кого-то сожрал телевизор, кого-то закоснелость в привычном информационном пузыре, кто-то просто болен. В общем, хочется оправдать, а злобиться не хочется совсем.

Но попался сейчас пост о судьбе режиссера Аскольдова, которого буквально раздавило государство за его “Комиссара”. То есть человек снял сильнейший фильм, первый сказав открыто про то, что происходило с евреями, и на этом кончилась его профессиональная деятельность. Фильм двадцать лет пролежал на полке, сам Аскольдов снимал уже документалку под названием “Товарищ КамАЗ”.

Так вот я пробежала этот пост глазами и неисповедимыми путями ассоциаций вспомнила дневниковую запись умершего на днях Анхеля Гутьерреса, который учился в 1964-м с Аскольдовым на сценарных курсах:

“Аскольдова уважаю очень, и кажется он мне очень умным и талантливым. Красивая, нежная душа. Презираю Васю за то, что постоянно издевается над ним: сидит напротив него на занятиях и, глядя нагло ему в глаза, стучит кулаком по столу – стукач, мол. Аскольдов сначала краснел от негодования и стыда, но потом не стал обращать на это внимания.

Васе постоянно говорю, что это отвратительно, что он не может так оскорблять Сашу, что он добрый и хороший человек. Но Вася убеждён, что он «стукач» потому что работает в Госкомитете кино. Я люблю Васю и дружу с ним, бываю у него дома, но не нравится мне его дерзость. Как-то спросил меня, собираюсь ли я уезжать в Испанию.

— Да, конечно.

— Не может быть! Анхель, ты не можешь покинуть нас. Это предательство нашей страны! Тебе же здесь всё дали, воспитали — всё! Неужели ты сможешь оставить Россию?! Я не верю… Это ужасное предательство, Анхель! Я тебя ужасно люблю и не могу поверить, что когда-нибудь ты покинешь меня. Скажи, что ты не уедешь, что не покинешь нас!..

Какой Вася наивный! Что-то в нём детское и светлое, но перемешено: где патриотизм, а где советская фальшь? Всё смешалось, но я его люблю”.

Вася – это Ливанов, известный последнее время довольно печальным образом. Вот когда все это еще было.

Прекрасный наш Шерлок Холмс. Обожаемый Карлсон. Все смешалось. Но знаете ли вы, как мы вас любили.