Я слышала хорошие отзывы о спектакле “Красный фонарь”
Я слышала хорошие отзывы о спектакле “Красный фонарь”, но что это настолько здорово, не предполагала. Собственно, в театр очень редко хожу, именно потому что мне там не хватает… щелкаю пальцами в воздухе… чуда, что ли. Мешает условность, чужие выставленные рамки, я долго въезжаю, и даже когда спектакль объективно хорош, пронять меня сложно. Ну или спектакль хорош, но бьет под дых, а и так сейчас плохо держусь, чтобы еще рыдать глядя на сцену.
Но тут подруга взяла буквально за шкирку, вручила билет, и я поехала в Театральный музей, где в кабинете бывшего директора императорских театров Теляковского, собственно, и идет действо. По дороге, кстати, мазнула глазами по афишной тумбе у Александринки – спектакль белградского театра “Кто там поет”. Отличный был фильм, еще подумала, что можно и на это попробовать. Ну раз уж я даже накрасилась и парадное, до пят, платье (“мамино, выходное”) натянула. Не один же раз его выгулять.
Народу собралось много. Рассадка свободная, все столпились в ожидании у дверей, чтобы ворваться и занять первый ряд, а я поскольку стоять долго не могу, села ждать в углу, зато надо мной впереди оказался экран, где крутили архивные кинокадры. Так что, задрав башку, блаженно разглядывала юного долговязого Гарина в мейерхольдовском “Ревизоре”, выделывавшего вензеля макаронными ногами, и щекастого такого же юного Ильинского, изображавшего Присыпкина.
Даже мелькнула мысль, что может, бог с ним, с “Красным фонарем”, мне уже хорошо. Что может быть лучше Гарина. Но усовестилась.
Кабинет Теляковского большой, однако как театральный зал, конечно, невелик. Поэтому зрители вдоль него справа и слева в три ряда, а в центре, прямо впритык, большой шкаф и два совсем молодых актера. Собственно, на протяжении полутора часов один читает выдержки из дневника Теляковского, а второй – из писем его знакомых, главным образом актеров: Кшесинская, Шаляпин, Фигнер и так далее.
Через две минуты от начала меня втянуло в действо со свистом. Я такого вообще не помню. Хохотала, наверное, громче всех, соседи оборачивались. Играют ребята как боги, нигде не пережимают.
Спектакль закончился, и возникло чувство, что радость тебя наполняет как гелий – воздушный шарик. Притом что это совсем не комедия, и есть моменты, когда ты на грани слез.
В общем, вышла счастливая, иду и думаю – когда я последний раз так смеялась? Господи, лет сто назад на рю де ля Пэ, спектакль “Фарсы”, актер Бызгу играл подагру. Да, вот ее самую.
Стала на ходу гуглить актеров, Ивана Капорина и Максима Сапранова. И даже не очень удивилась, прочитав: “курс Сергея Бызгу”.
Режиссер – Дмитрий Крестьянкин, продюсер – Анна Ласкина, исполнительный продюсер – Алиса Хворостян. Художник – Александра Мошура. Драматург – Алексей Синяев. Художник по свету – Александр Гришин.
На все теперь у них перехожу.
Пришла домой, содрала с облегчением через голову выходное платье, бухнулась в кровать, еще полная этой легкой радости от чуда, сотворенного талантом всего нескольких человек, и благодарности к ним.
Напрасно вот только напоследок новости глянула. По неизвестным причинам отменен спектакль белградского театра. Впрочем, это до изумления точно легло в сюжет “Красного фонаря”.
И только что обнаружила приклеившееся к предплечью алое блестящее сердечко из тех, что летели с крошечной сцены в зрителей.
Под подушку положу.
