Местные хвостуны раскусили меня мгновенно.
Местные хвостуны раскусили меня мгновенно. Стоит моей заспанной физиономии с утра показаться в окне, как снаружи выстраивается, то есть высиживается, группа страждущих. Уже трое (они еще и Женю привели). Пришлось выделить отдельное блюдце. Вместительную плошку предоставить не удалось. Но блюдце их вполне устраивает, главное чтобы в него было что положить.
Муж, которого тут же раскулачили на колбасу, предприимчивых котов невзлюбил.
– Ишь, – сказала я утром, осторожно выглянув в щелку занавески. – Уже сидят.
– Кто сидит? – спросил он, еще не совсем проснувшись.
– Да эти, у блюдца.
Теперь он иначе как ублюдцы эту компанию не называет. “Твои ублюдцы”.
Муж, которого тут же раскулачили на колбасу, предприимчивых котов невзлюбил.
– Ишь, – сказала я утром, осторожно выглянув в щелку занавески. – Уже сидят.
– Кто сидит? – спросил он, еще не совсем проснувшись.
– Да эти, у блюдца.
Теперь он иначе как ублюдцы эту компанию не называет. “Твои ублюдцы”.
