…В это время я жил уже один в комнатке в седьмом этаже, в которую меня временно пустил пожить мой товарищ по работе Степан Объедков, уехавший в числе двадцати тысяч городских рабочих по призыву партии...
Все-таки у матери очень интересные мамуары получаются. Безыскусные, искренние воспоминания девочки, выросшей в послевоенной Туркмении. Долго я ее уламывала, и не напрасно. Больше всего, меня во всяком случае, трогает описанный многонациональный быт. Днесь учитесь,...
Надо же, оказывается, до конца года перед Мариинской больницей собираются установить памятник Петру Ольденбургскому. Точнее, вернуть на былое место. Хоть что-то обнадеживающее на фоне появившейся намедни в Московской юридической академии мемориальной доски всякому говну....
Давно еще где-то читала, что архитектор Василий Свиньин (строил, например, здание Этнографического музея, справа от Русского – ну если кто забыл) однажды разодрался с приятелем своим, тоже всем известным художником Суриковым, буквально в хлам....
Школа туркменского города Чарджоу, 1947 год. Во втором ряду третья справа, хитрющая улыбающаяся физиономия с белыми бантиками, – мой главный блогер и по совместительству мама. Вообще-то мы наблюдаем здесь драму семидесятилетней давности. Мама, ну...
В двоюродных фейсбуках Макаревича полощут, всплыло магическое слово “пиар”. Господи, пиар Макаревичу. Анекдот. Они вместе с мамой дочери и, собственно, самой дочкой решили не сдавать несусветные тыщи на выпускной, а перечислить их в хоспис....
Всезнайка гугл, если предъявить ему эту фотографию, почтительно сообщает: “Best guess for this image: gentleman”. Джентльмены, то есть, эти господа. В общем да, но не только. Это молодые архитекторы, выпускники Императорской Академии Художеств, мастерская...
Какая новость интересная. В городишке Микунь открыли мемориальную доску в честь создателей тамошнего концлагеря – маленького пазла знаменитого Устьвымлага. Не фейк, я проверила. Да и ФСИН на своем сайте застенчиво похвасталась уже. И не...
Невыносимо трогательное и щемящее. Две старухи-эмигрантки, всеми забытые на родине и никому не нужные за ее пределами, роются в воспоминаниях. – Это тогда вы носили мужской костюм и повязку с брошкой на лбу? –...
Митька халтурку взял на перевод. Там часть – подписи к советским плакатам, только текст. Пыхтит, бедняга, – лексика дедов недоступна его воображению. Приходят сейчас озадаченный. – Мам, как понять “смотр женских трудящихся масс”? –...
