Вообще-то надо бы написать про упоительные воспоминания Белозерской-Булгаковой

Вообще-то надо бы написать про упоительные воспоминания Белозерской-Булгаковой, которые сунула в рюкзак, чтобы в метро пугать людей видом доисторического человека с книжкой, – и несказанным образом увлеклась. Но странное дело, под температурным прессом читать могу, а писать нет. Ну то есть ерунду всякую запросто. Вот например кот Феликс, милейший толстый флегматик-британец с янтарными глазами, который временно обжил мою кровать, пока его хозяйку, старушку из ПВР (за аббревиатурами чрезвычайно ловко прячутся самые тоскливые понятия), оперируют по серьезному поводу, – обнаружил махровый халат цвета бочкового кофе, могущий вместить трех Обломовых, и совершенно потрясен. Халат, впрочем, произведенным котом сексуальным насилием тоже. Несколько лет его даже никто не надевал, а не то что вот это вот. В халат я наспех внедрилась глубокой ночью, в три часа, когда забренчал мобильник и бодрый юношеский басок спросил:
– Татьяна Евгеньевна, можете через десять минут принять заказ?
Я даже не стала интересоваться, где озоновский гонец был днем или хотя бы вечером, чтобы не умножать скорбь. Вылезла из кровати и, достав из шкафа, замоталась в эту шкуру неубитого медведя, вяло отгоняя мысль, что приехать может злоумышленник. Однажды сын мой Митька, поглядев, как я, одураченная брехливыми синоптиками, влезла вот в такой же обширный, до пят, дождевик зеленого цвета и сердито им шуршала перед зеркалом, сказал:
– Мам, ты как те маленькие животные, которые раздуваются раз в пять, чтобы напугать возможную опасность.
Что-то в этом есть, потому что как не было тогда грозы, так и приехал не громила с арматурой, а милейший черноглазый мальчик, сказавший:
– Извините, я вечером не успел, но спешил, хотел ваш заказ доставить.
И гордо внес мешок с наполнителем для кошачьего сортира. Правда, на мой вопрос, где же в таком случае еще и упаковка питьевой воды, испуганно вымолвил:
– Не знаю.
Уже предвижу, как перемоют мне кости добрые люди, возмущаясь, что я пользуюсь рабским трудом, гоняя курьеров по ночам. Но благодаря Тэффи теперь есть что ответить. Понадобится всего лишь платок побольше. Его надо скомкать, поднести к глазам и сказать: “Слезы стыда мешают мне говорить”. Великая, правда, предлагала слезы умиления, но тут уж вопрос обстоятельств.
Вот откуда у меня многолетняя репутация мухи цеце. И зря, потому что муха не будет чистить плиту, а я таки да. И желаю разделить восторг от случайно купленного средства. Девчонки, Easy Clean антижир – штуковина на уровне адронного коллайдера и нанотехнологий. Нам разум дал стальные руки-крюки и достижения химии, плита поражает воображение.
Счастливый англосакс тем временем затоптал халат и уснул, сжимая его в объятьях. Он еще не в курсе, что скоро привезут очередную собачку.